1918. Итоги аграрных преобразований

Во второй половине 1918 г., в период деятельности комбедов, Советы подводили итоги ликвидации частного землевладения. Окончательно определялась судьба имений, собиралось расхищенное имущество помещиков, их скот и инвентарь. Уточнялись нормы наделов пашни, сенокосов, владения скотом. Одновременно с этим велось уравнение крестьянских земель и перераспределение их излишков, инвентаря и скота.
Комбеды помогали земельным отделам Советов в учетно-контрольной работе. С их помощью в Орловской губернии почти в 11 раз увеличилось число выделенных для коллективных хозяйств имений — 400 против 37 в начале года. Землепользование многопосевных крестьян уменьшилось в 4 раза. В Воронежской губернии у этой категории крестьян было отобрано свыше 530 тыс. дес. земли, число их хозяйств сократилось с 10,8% до 1%. Землю получили 25 тыс. безземельных и 176 тыс. малоземельных крестьян губернии. Бедняки и средние крестьяне увеличили свое землепользование на 2 082 663 дес. В Тверской губернии ликвидация помещичьего землевладения завершилась к концу года. Крестьяне получили 283 720 дес, или 76% земель помещиков. Здесь частные собственники из крестьян имели земли больше, чем помещики. У них было отобрано 698 783 дес. удобной земли. Летом и осенью беднота и середняки увеличили свое землепользование на 982 513 дес, или на 56%. Безземельные получили 88 088 дес, в среднем по 4,5 дес. Удвоились земельные участки крестьян, имевших ранее до 5 дес, на 73% увеличились владения крестьян, имевших от 5 до 8 дес.172
Голодной весной 1918 г. за кусок хлеба и горсть семян беднота, солдатки, вдовы и сироты отдавали кулакам полученную от Советской власти землю. Некоторые комитеты бедноты заставили кулаков вернуть земли, взятые у бедноты. Для зажиточных крестьян комбеды вводили трудовую повинность по обработке земель бедноты и красноармейских семей. Этот вопрос был предметом специального рассмотрения Моршанского уездного съезда комбедов Тамбовской губернии, состоявшегося в начале августа 1918 г. Восстанавливая права бедноты на землю, съезд постановил: «1) Всю засеянную площадь исполу или другими способами убрать тем гражданам, которым причиталась земля…; 2) убрать им, т.е. беднякам, хлеб со своей земли бесплатно, ни в коем случае не идти на соглашение с кулаками и спекулянтами». В Рыбинской волости Моршанского уезда одним из первых постановлений комбеда было изъятие у кулаков 300 дес. посева и распределения их среди бедноты». В Ржаксинской и Булгаковской волостях Кирсановского уезда комбеды заставили кулаков вспахать землю бедноты и убрать урожай ржи. В конце года в губернии была распределена вся земля — частновладельческая, монастырская, казенная и прочая, всего 2 184 585 дес. Из 3097 частновладельческих хозяйств в 76 были созданы совхозы, появились 63 коммуны, земледельческие и подсобные артели. В их пользовании было 22 995 дес. земли.
В Нижегородской губернии к 14 июня на учет было взято 971 частновладельческое имение. По данным III губернского съезда Советов (октябрь 1918 г.) в губернии ликвидировались хозяйства не только дворян, но и «столыпинских помещиков», т.е. хуторян. Крестьяне проводили передел земель хуторян и отрубников, разрушали их сельскохозяйственные постройки, инвентарь, изгоняли их «в 24 часа». Земельные отделы приняли меры к охране законных интересов хуторян, но волну гонений на них удалось сбить лишь к октябрю 1918 г. По данным на конец года, в 11 уездах было реквизировано 1292 сельскохозяйственных владения площадью 1 493 470 дес. На их базе было создано 53 коллективных хозяйства, из них 27 коммун, 20 артелей, 3 товарищества и 3 совхоза. Остальная земля была передана крестьянам, увеличившим наделы пахоты почти в два раза.
Эта картина типична для всех губерний. В Вельском уезде Смоленской губернии в период комбедов на учет было взято 175 хозяйств площадью 50 274 дес. В 17 из них были организованы совхозы, имевшие 1990 дес, но ими была засеяна лишь пятая часть площади. В 29 имениях обработка земли велась артелями, в 5 — коммунами. Из 15 630 дес. пахотной земли коллективами из-за отсутствия семян было засеяно лишь 251,7 дес, т.е. 1,6%. Остальная земля была разделена.
В начале года в Московской губернии учет земель был проведен формально. Помещики до июля проживали в своих имениях. Только комбеды окончательно определили судьбу имений, выслали помещиков. На 20 сентября на учет было принято 104 имения площадью в 10 тыс. дес. В имениях помещиков было создано 30 коллективных хозяйств, объединивших 2300 человек. Они пользовались 2536 дес. земли, из них пашни — 1836 дес. Колхозы не смогли освоить всю землю и большая ее часть осталась незасеянной, что вызывало недовольство крестьян. Беднота обращалась в губземотдел с просьбами передать им эту землю под озимые. С 20 августа по 18 сентября в отделе побывало 170 ходоков, было рассмотрено 160 дел о покосах. Крестьяне требовали раздела земель крупных владельцев, отрицательно относясь к коммунам.
Московский губземотдел, с лета руководимый коммунистами, стоял на левацких позициях, не допуская раздела крупных имений, и признавал право пользования ими только за коммунами, артелями или совхозами. Дробление их между крестьянами он считал политической ошибкой. Однако проект губземотдела о неделимости крупных частновладельческих участков был отклонен Наркомземом.
Ликвидация помещичьего землевладения и развернувшееся наступление на земельную собственность кулаков привели к концу года, по данным 10% выборочной сельскохозяйственной переписи 1919 г., к сокращению беспосевных хозяйств на 38%. Наибольший процент наделения беспосевных землей — 60,7 — дал Центрально-Земледельческий район, на втором месте — 59,5% — Средне-Волжский. На 44,1% сократилась численность беспосевных в Северном районе, на 42,2% — в Промышленном, на 40,8% — в Северо-Западном. В 25 губерниях почти исчезли хозяйства крупных посевщиков. Эта категория крестьян была ликвидирована в Приозерном районе, на 95,5% сократились кулацкие посевы (свыше 13 дес.) в промышленном районе, на 91,8 — в Центрально-Земледельческом, на 91,4 — в Средне-Волжском, на 90,8 — Северо-Западном. В Нижне-Волжском и Приуральском районах нивелировка шла менее активно, прежде всего из-за военных действий. Здесь число беспосевных крестьян уменьшилось соответственно на 16,3 и 19,8%, а число крупнопосевных хозяйств — на 68,6 и 63,3%189.
К началу 1919 г. в Европейской России было распределено приблизительно 17 215 926 дес. земли, из которых 95,3% перешли крестьянам, 0,8% — коммунам и артелям, 3,9% — совхозам, фабрично-заводским коллективам, больницам, школам и пр. Землю получили миллион бесхозяйственных крестьян. Число мелких посевщиков (до 2 дес.) возросло с 6 до 8-9 млн, составив 43%. Группа средних посевщиков (от 2 до 4 дес.) увеличилась на 10%, а число дворов, сеющих свыше 4 дес, уменьшилось. Хозяйства, засевавшие свыше 10 дес, исчезли в Костромской, Ярославской, Московской, Тверской, Вологодской губерниях. Во Владимирской губерний их осталось 0,1%, в Пермской — 0,6, а в хлебопроизводящих губерниях их численность упала с 7 до 3%'». Таким образом, произошло увеличение числа мелких и средних хозяйств, уменьшение и исчезновение крупных и сокращение хозяйств выше среднего уровня. Нивелировка деревни сгладила социальные полюсы, увеличив удельный вес среднего крестьянства.
Процесс земельного уравнения не был закончен в 1918 г. За три года революции, по данным специальной анкеты ЦСУ, охватившей опросом 1103 селения, переделы земли произошли в 66% селений, в 34% их не было. Наиболее интенсивно переделы происходили в районах острой нехватки земли: в 94% селений Центрально-Земледельческого района (данные по 193 селениям), в 82% селений Средне-Волжского района (данные по 182 селениям), в Приуральском — в 69% (данные по 127 селениям), Северном — в 63% (данные по 136 селениям), в Промышленном — в 53% (данные по 239 селениям), в Северо-Западном (Приозерном) районе -43% и Нижне-Волжском — 48%192.
Как видим, переделы даже за три года не ликвидировали кулака. Не везде даже ставился вопрос об уравнении их землепользования. 30 октября 1918 г. ВЦИК в декрете «Об обложении сельских хозяев натуральным налогом» отмечал, что уравнительное распределение земли проведено еще не везде. Более состоятельные и богатые крестьяне в таких местах по-старому владеют большими по размеру и лучшими по плодородию участками земли. Одна из главных причин этого — отсутствие сельскохозяйственных орудий и семян у бедноты.
Крестьянское хозяйство России всегда испытывало острую потребность в инвентаре и машинах. За годы мировой войны сельское хозяйство оказалось в состоянии острого кризиса из-за того, что промышленностью не восполнялась даже естественная убыль инвентаря и машин. В 1918 г. их производство составляло лишь 15% к довоенному уровню. Государственное производство и импорт удовлетворяли лишь 9,6% потребностей крестьянских хозяйств в машинах и орудиях. В этот год деревня получила 32 049 плугов, 10 253 бороны, 104 016 кос, 70 360 серпов, 1138 молотилок, 1657 зерноочистительных машин». Но это было лишь 10,2% от поставок 1913 г., т.е. крайне мало для удовлетворения потребностей крестьян, впервые получивших землю. Земельные отделы с помощью комбедов проводили сбор, перераспределение и общественное использование помещичьего и кулацкого инвентаря и скота.
Собрания бедноты определяли нормы владения скотом. Все сверхнормативные излишки подлежали сдаче комбедам, которые распределяли их между коммунами и нуждающимися бесплатно или по доступной цене. Волостной комитет бедноты и Совет Игнатовской волости Ардатовского уезда Симбирской губернии ввиду распродажи кулаками своего скота и инвентаря постановили: «отобрать у местных деревенских кулаков и капиталистов излишний скот и все излишнее имущество, и передать местным сельским коммунам, где такие организованы, где нет — беднейшему населению» по средней стоимости. Тогда же были определены нормы владения скотом. Семья, состоявшая из 8-15 человек, могла владеть 2 лошадьми, 2 коровами, теленком и одной нерабочей лошадью. Семья из 18-25 человек могла иметь 3 лошади, 3 коровы, 2 жеребенка и 2 теленка». Нормы владения инвентарем, имуществом и вещами также определялись комбедом и Советом. К осуществлению этого постановления решено было приступить через две недели. Это типичный пример грубого, вульгарного коммунизма, основанного на уравнительности, нивелировке, проводимой в комбедовский период.
В некоторых волостях центрально-черноземных губерний у кулаков было отобрано около 70% лошадей и 20-30% рогатого скота. В губерниях создавались племенные рассадники и прокатные пункты инвентаря и машин. В первую очередь они удовлетворяли потребности коллективных хозяйств, затем бедноты. В Нижегородский уездный земельный отдел поступило 120 заявлений от крестьян и от коллективных хозяйств об отпуске им инвентаря и скота из принятых на учет имений. Просьбы коллективов были удовлетворены на 70%, крестьян — на 60%'».
В результате перераспределения скота к концу 1918 г. в 25 губерниях число безлошадных и многолошадных хозяйств уменьшилось при значительном росте однолошадных дворов. Так, в трех уездах Курской губернии число безлошадных хозяйств сократилось на 10,7%, а дворов с одной лошадью увеличилось на 33,4%. Процент хозяйств с двумя лошадьми уменьшился на 7,4, с тремя — на 1,7, с четырьмя — на 1,7, с пятью — на 1,7. В пяти уездах Тамбовской губернии изменения выразились в следующих показателях: процент безлошадных сократился на 9,4, с 1 лошадью увеличился на 22,3, с двумя — уменьшился на 8,8, с тремя — на 3, с четырьмя — на 0,7, с пятью — на 0,4. В Смоленской губернии количество безлошадных крестьян уменьшилось на 1,4%, число хозяйств с одной лошадью увеличилось на 11%. Почти на 50% сократилось количество хозяйств с 3-5 лошадьми. В промышленных губерниях — Владимирской, Иваново-Вознесенской, Костромской, Ярославской, количество безлошадных сократилось на 14-17%, а бескоровных более чем на 50%. По 25 губерниям число хозяйств, имевших четыре и более лошадей, уменьшилось на 60%. Представляет интерес заключение Тульского губкома РКП(б), сделанное по итогам 1918 г.: «Деревенская беднота, входившая в комбеды, во многих уездах превратилась в середняков-крестьян, обзавелась постройками, скотом, которые поступили в ее распоряжение».
Таким образом, за год коммунистической диктатуры был экспроприирован класс помещиков. На основе закона о социализации земли, предусматривавшего уравнительный раздел всех земель, резко сократилось крупное землевладение крестьян. Кулак превращался в середняка, и это сохраняло за ним моральное влияние на крестьян-собственников, сочувствие которых было на его стороне. Слой средних крестьян стал основным в деревне.
Перераспределение средств производства, как и нормирование потребления, не углубляло социальную дифференциацию, а сокращало полярные группы крестьянства, уравнивая их под середняка. Эта тенденция была отмечена Лениным в марте 1921 г. на X съезде РКП(б): «Крестьянство стало гораздо более средним, чем прежде, противоречия сгладились, земля разделена в пользование гораздо более уравнительное, кулак подрезан и в значительной части экспроприирован — в России больше, чем на Украине, в Сибири меньше. Но в общем и целом, данные статистики указывают совершенно бесспорно, что деревня нивелировалась, выравнилась, т.е. резкое выделение в сторону кулака и в сторону беспосевщика сгладилось. Все стало ровнее, крестьянство стало в общем в положение середняка».

Российское крестьянство в революции и гражданской войне // изд. «Стрелец», 2001.

Автор: Осипова Т.В.
0

Автор публикации

не в сети 11 минут

Drahtigel

24,5
Комментарии: 27Публикации: 230Регистрация: 24-06-2015

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

13 − 13 =

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Авторизация
*
*

три × 5 =

Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*

20 + 3 =

Генерация пароля

5 × пять =